Не получится у Вас заставить меня разговаривать на украинском

Журналист: Каким образом будет реформирована система ЖКХ? Когда нам ждать повышения тарифов и насколько?

Черновецкий: Вам не ждать. Тем, кто богатый – ждать, и во много раз. Для этого, я назначил бывшего премьер-министра Украины и очень деятельного человека господина Пустовойтенко своим заместителем, и его утвердила администрация. Мы занимаемся этой темой очень плотно, и первые решения Киеврады будут посвящены этой теме. Увеличивать тарифы придется, но я не допущу, чтобы это коснулось тех, кому не на что жить. Не подпишу никаких решений до тех пор, пока он не будет урегулирован.

Журналист: скажите конкретно: когда и на сколько повысятся тарифы?

Черновецкий: Смотря какие тарифы Вы имеете ввиду.

Журналист: в коммунальные тарифы входят: вода, свет, газ…

Черновецкий: Что касается энергоносителей, это решаю не я, а Кабинет Министров. Что касается воды, то это я. Ничего не повышу до тех пор, пока Вы (имеются ввиду журналисты – Ред.) первыми об этом не узнаете. Мы инвентаризируем многие процессы. Я хочу знать, кто за порогом бедности, кто еле выходит из-за порога, а кто живет припеваючи, таких в Киеве достаточно.

Журналист: Які конкретні кроки відбуваються, щоб вирішити проблему квартирних черг?

Черновецкий: Дуже серйозне питання. Сегодня на квартирной очереди состоит 140 тыс. человек. Из них процентов 30 хочет меня «надурить». Потому, что эти люди на самом деле прописывают на 1 кв. сантиметр, а сегодня закон это позволяет, 100 человек и начинают продвигаться по ступенькам. Для того, чтобы я приступил к этой проблеме у меня есть 2700 ордеров, это больше, чем выдавало прошлое руководство. Я думаю, мы увеличим эту цифру на порядки. Я создаю комиссии, которые будут сначала складывать акты о том, что на самом деле происходит в той или иной квартире: действительно ли люди нуждаются в жилье или нет? У меня есть проблема. Закон, который принят об очередях он чисто советский в самом плохом, совдеповском смысле. Там упоминаются некоторые категории граждан, которых используют их родственники. Обойти закон сложно – его надо изменить немедленно. Например, каждый участник войны может получить квартиру в любою секунду и потом понаполучали их 100 раз каждый. Я не склонен к таким решениям. Если я знаю, что в участника войны есть проблема, то он вправе рассчитывать на помощь. Но я хочу знать, что его не используют его родственники и он сам не становится объектом для разных проблем. Я против приватизации полученных квартир. Люди, которые получают жилье, стают объектом для бандитов, разных структур: криминальных, полукриминальных, официальных. Сегодня я их умоляю – не приватизируйте квартиры, потому, что вас убьют.

Журналист: Есть ли деньги на строительство?

Черновецкий: Деньги есть. Киев очень мало берет с инвесторов, это срочно надо исправить на сессии. Это способствует коррупции, существуют странные «вилки». В Москве за строительство берется до 50% с инвестора, у нас – 5-10%, причем границы не установлены. Сегодня этим занимается Денис Яковлевич (Басс – прим. Ред). Мы пытаемся немножко прищучить инвесторов.

Журналист: Щ о Ви збираєтесь з цими машинами робити?

Черновецкий: То, что делают в демократичних державах. Эвакуатор-кран – и больше нечего. И пусть они там стоят – нахалы, уплачивают в пользу бюджета и киевлян большие деньги.

Журналист: Что Вы можете ответить М. Бродскому, который обвинил Вас в попытке раскола фракции, а также в том, что Вы рэкетируете киевский бизнес?

Черновецкий: Я не хочу упоминать фамилию человека, который на моих глазах потерял достоинство. Этого человека как политика не существует. На моих глазах он из героя превратился в аппарат, который… механический, который разбрасывает… как это называется? Ну чем удобряют… Навоз мягко сказано… Ну скажите это прямо в эфире. Караул! Что он с собой сделал? Я помогал много лет разным людям, которые делали важные дела для Украины. Он пришел ко мне за несколько часов до того, как его арестовали, и попросил о поддержке… Я боялся, тогда боялся. Это сегодня я самый популярный политик в Киеве. Ко мне никто и близко не может приблизиться. А тогда я был – никто. Был человек, который на моих глазах превратился в ничто. Не буду комментировать ни одно из его высказываний. Мне грустно, видеть похороны.

Журналист: Дайте відповідь на питання, яке ми вже задаємо місяць… Коли відбудеться сесія Київради? Просто скажіть дату.

Черновецкий: Во-первый я хочу сказать, что Вы немножко расслабьтесь, никакой агрессии. Вы голосно кажить правду. Я никогда такого вопроса от Вас не слышал. Глупости. Я Вам все называю как есть. Тем я и интересен СМИ, что я абсолютно прозрачный. Я не думаю о том, какие это последствия для меня будет иметь. Все нормально. Сессия готовится. Она будет скорее всего на следующей неделе, но это технический вопрос. На сессии обычно выделяется земля или какие то льготы. Что Вы просите? Вы ж землю не просите? Успокойтесь. Это просят те, кто Вам заказывает музыку. Все нормально. Сессия будет, она мне нужна, я не могу жить без сессии. Буду их проводить чаще, потому, что мне нужны новые идеи. Но не хулиганство, не оскорбления и не всякие инсинуации. Для этого мне сессии не нужны. Сейчас нам сессия нужна, потому что надо распределить деньги. Это 200 млн. гривен – это бюджеты небольших городов. Это позитив. Я думаю, что мои слова обращенные инвесторам тоже что-то значили. Нужно создать комиссии, которые будут работать. Все остальное – не хочу об этом. Все остальное это желание крупной фракции использовать против меня эту техническую машину, которая разбрасывает вокруг себя всякие дурнопахнущие вещи, которые Вы правильно назвали, но это не навоз.

Журналист: Чем вызвано ужесточения в рекламном бизнесе?

Черновецкий: Ожесточений никакие бизнесы от меня не дождутся. Скоро я проведу бизнес-форум. Там 30% по неофициальным данным щитов не зарегистрировано. При этом все нормально. Я полагаю, что каждый рекламный щит может быть выставлен на аукцион. Не так, как кому-то хочется – кому-то отдать.

Журналист: Партия регионов инициирует рассмотрение вопроса о статусе русского языка.

Черновецкий : перспектив для принятия такого решения в Киеве маловато. Это вопрос для меня был решен в Верховном Совете: я являюсь соавтором одного из проектов о 2 государственных языках. Я все больше говорю на своем родном языке (украинском – Ред.) он требует опеки. Раньше я был серьезно настроен. Я не говорю с Вами на украинском языке только потому, что я потеряю кураж. Когда я говорю на украинском языке то теряется. Когда я буду на нем классно говорить, тогда я начну говорить выключно украинскою мовою. Я стал любить говорить на украинском языке в тот час, когда я познакомился с Вячеславом Чорноволом. Я не понимал некоторые вещи, которые он говорил. Я считаю, что языковый вопрос должен выноситься на референдум, если мы демократическая страна. Я считаю, что население должно высказываться по ряду вопросов. Я заговорил на украинском, и полюбил Украину, стал патриотом благодаря Чорноволу. Больше чем я украинца и патриота в Украине не существует.

Журналист (Наталка Фицич «1+1»): Коли Ви нарешті почнете виконувати закон, і будете говорити українською мовою?

Черновецкий: Вы занимаетесь «заказухой».

Журналист: Я хочу, щоб Ви розмовляли українською мовою по закону .

Черновецкий: Не получится у Вас заставить меня разговаривать на украинском. Закон говорит, что я свободный человек. Есть какие то претензии по этой части? Но это не проблема уборки мусора в городе Киеве. Это совсем другие вещи. Я сейчас думаю, что необходимо еще время, чтобы укрепить украинский язык в Украине, но я не по этой части, у меня нет законодательной инициативы.

Журналист: Как Вы будете решать проблемы с животными?

Черновецкий: Одна из прихожанок в церкви очень убедительно рассказала мне об этой проблеме. Есть кстати конвенция об обращении с животными, и мы будем соблюдать эти конвенции. То, что делается сегодня с животными ужасно, но то, что делается на протяжении последних лет с людьми это тоже ужасно. Но это не значит, что мы не должны этим заниматься.

Журналист: В Києві понад 140 конфліктних будівельних точок. Як Ви захистите жителів?

Черновецкий: Я с ними. Я не подписал ни одного незаконного распоряжения, которое принял предыдущий Киевсовет. Хотя, для того, чтобы отменить прошлые незаконные решение в полном объеме должен заработать городской прокурор. Эти решения можно отменить через суд. По моей информации, все не так уж плохо. Я гарантирую, власть находилась не в моих руках. Многие решения они спорные, я хочу подобраться к Генеральному плану города Киева. Я хочу презентовать его, и вы решите в каком городе Вы хотите жить. Вот стоит на площади, ну просто черт какой-то. Как его там зовут? Архистратиг. Ну он похож на дьявола, честно. Так сказал патриарх Филарет. Я думал только я так думаю, оказывается и он так считает. Что делать с ним надо как-то решать. Если бы он был похож на святого, то возле него бы приходили молодожены и радовались, что они нашли друг друга.

Журналист: Приостановлено метро в сторону Теремков. Будете ли финансировать это строительство?

Черновецкий: Я буду настолько быстро строить это метро, настолько это возможно. Есть некоторые проблемы. Все в этом смысле под контролем.

Журналист: Вы говорили о превышении бюджета, за счет чего?

Черновецкий: Превышение 200 млн. Только за этот квартал. Показать Вам что? 200 млн. показать? Напишите это в Вашей газете.

Журналист: Вы хотите построить новые туалеты. А многие люди против того, чтобы возле их домов были туалеты!

Черновецкий: Ничего не будет строиться без мнения людей.

Журналист: Как вы будете решать проблемы вкладчиков «Элиты центра»?

Черновецкий: Я буду защищать только людей, которые оказались в сложном положении. Но не тех, которые инвестировали в это деньги, то, что называется «с жиру». Во всех коммерческих предприятиях всегда присутствует риск. Не сумели проконтролировать ситуацию, не только Киевсовет, в части инвестирования в различные проекты. Я предложил Нацбанку решить этот вопрос: банк, который выдал кредит будет отвечать за то туда вложены деньги или не туда. За это им будет минимальный процент , но только банки с крупным капиталом будут допущены до этой процедуры. У меня есть доверие к руководству Нацбанка и я думаю, что этот вопрос будет решен. Что касается пострадавших, я сказал, что только тех будут касаться мои решения, кто оказался в беде. А остальные заработают денег в сто раз больше, и еще себе накупят, если мозгов нет, Элита центров кучу. Но мы будем подходить к этому с позиции справедливости. Иначе. Вообще это отношение к Киеву не имело, но сегодня я вижу иски в судах, и они должны предъявлять иски к государству и бюджету. Если бы я не пришел, я уверяю Вас, об «Элита центре» забыли бы на следующий день.

Журналист: Жители Русановских садов волнуются.

Черновецкий: Пусть не волнуются. Я туда поеду, мы там походим по травке и примем решение как быть. Строили мост в никуда.

(Фрагменты. Стенограмма proUA )

распечатать

обсудить

отправить другу