Мэр Киев. Подход к прессе после коллегии КГГА. 26 мая.

Журналист: Ходят слухи о том, что Киевсовет готовит к продаже 51% акций банка «Крещатик».

Черновецкий: Я надеюсь, что у банка «Крещатик» большое будущее. Что касается продажи акций, то это решаю не я, я всего лишь буду выражать свое мнение, и вы его услышите на Киевсовете. Пока никаких проблем у банка «Крещатик» нет. От того продаст ли Киевсовет акции или не продаст, или наоборот сделает его 100% киевским банком, ничего от этого в самом банке не изменится, он будет работать в рыночных условиях. Сегодняшняя его ситуация аудитируется международными компаниями и я нечего плохого не слышал.

Журналист: Как Вы относитесь к идее В. Головача о создании 2 управления, одно из которых будет координировать работу местных советов, а второе заниматься финансами и аудитом районных администраций?

Черновецкий: Моя задача как мэра создать прозрачные условия для работы районных администраций. Это важно, чтобы люди знали, как расходуются средства. Не покупается ли машина по цене вертолета, например да, или расходует она вдруг бензин, столько же сколько Боинг. Это все важно. Это хорошее распоряжение.

Журналист: Как можно координировать работу советов?

Черновецкий: Запросто. Советы координировать не надо. Пусть депутаты голосуют так, как им подсказывает совесть. Наши решения будут такими, которые понравятся киевлянам, а для меня главное – поддержка киевлян, а не так, как голосуют депутаты.

Журналист: Як Ви будете боротись з неплатниками (комунальних платежів – РЕД..)

Черновецкий: С неплатниками мы зашли очень далеко. Проблема в том, что оптимизацией платежей вообще никто не занимался. Последние 2 года правления нынешней администрации они были весьма плачевными. Много было «выдающихся» решений, от которых я не могу отказаться. Но самые элементарные решения, которые могут помочь наполнению бюджета не контролировались. Вы слышали, что некоторые квартиры расходуют по 2 тонны воды – ну это как-то нереально. Есть проблемы – мы их будем решать. Главная задача, которую я ставлю перед администрацией, которая не может развернуться в сторону принятия адекватных решений. Киев это город, в котором живет очень много богатых людей, квартиры которых расходуют больше электроэнергии, чем заводы. Они не должны платить столько же, сколько бабушка, живущая на пенсию за услуги, которые оказываются городом. Но проблем очень много. Есть законодательные проблемы, а есть организационные. Поехали.

Журналист: Скажите относительно эвакуаторов и блокировки колес?

Черновецкий: Блокировки не будет, но эвакуаторы будут.

Журналист: Какие механизмы обеспечения жильем 140 тысяч нуждающихся людей?

Черновецкий: Есть механизмы, которые будут обеспечивать справедливость при выделении жилья людям. Меня эта тема очень сильно заботит. В связи с отменой прописки, появилась новая проблема. Зарегистрировать на 1 см в квартире можно тысячу человек. Этот человек становится в очередь и получает жилье несправедливо. Я создам комиссию, которая будет выезжать, и выявлять случаи мошенничества. Во многих случаях, это не только касается квартир, меня пытаются надуть. Но на самом деле они ведь надувают людей, которые нуждаются в действительности. Никогда в истории Киевсовета этот вопрос не ставился. Я создам самую строгую инспекцию, которая отследит, сколько же людей живет в этой квартире и какие проблемы испытывают жильцы. Так эти проблемы решаются в демократических станах. Просто автоматически (сколько людей прописано) я рассматривать эти вопросы не стану, потому, что здесь существует вероятность обмана. А вот я выступал на площади, мне рассказывали истории: бабушка спит на стуле, нет сантиметра. Очень важно знать: как обстоят дела у каждой такой бабушки, потому, что одна добралась до микрофона, а другие нет. Но истерикой взять меня многим тоже не удастся. Истерику закатывают во многих случаях люди, которые пытаются на меня воздействовать таким путем, но я понимаю, что это не тот пусть, я не должен поддаваться эмоциям, я должен докладывать киевлянам действительное положение вещей. Вот если человек болен туберкулезом, он заражает других жильцов, в этой же квартире, вот бабушка, которая спит на стуле. Все будет документироваться. Квартиры будут выдаваться только после тщательно проверки условий жизни.

Журналист: Києву не вистачає коштів для літнього оздоровлення дітей. Чи збираєтесь Ви збільшити кількість дітей?

Черновецкий: Збільшити кількість дітей я вже не можу, потому що мені 55 років. И я этим заниматься не собираюсь, хотя потенциально мог бы. Но я могу Вам сказать, что все, что касается оздоровления детей - я буду этим заниматься.

Журналист: Чому Ви відмовляєтесь від зарплати?

Черновецкий: Ну, во-первых, в Верховном совете я никогда зарплату не получал. Я всегда оправлял. У меня зарплата 24.000 гривен, теперь с 1 июня я буду получать 1 гривну в месяц, чисто символически. Ну, зарплата должна быть, да мне зарплата не нужна до тех пор, пока в Киеве существуют жуткие проблемы. Надеюсь, были, наблюдали на площади, когда я собирал людей. Хотя я не человек денег, не бизнесмен, но акции тех предприятий, которые 15 лет назад были созданы, они работают, они приносят мне доход – я не бедный человек. Хотя и не такой богатый, как многие из тех, ходят в потертых костюмах и до сих пор остаются в некоторых административных креслах.

Журналист: Вы относите себя к тем людям, которые мешают бедным жить?

Черновецкий: Я не отношу себя к тем людям, я не живу в Киеве вообще. Я живу на даче, построенной за мои деньги, и никогда не претендовал на госдачу. Я протестую против госдач. Мне не нравится.

Журналист: А Ви нас запросите до себе на дачу?

Черновецкий: Все, хоть сейчас. Собирайтесь и поехали. Там классно, хорошая природа, у меня даже выдры есть, плавают…

Журналист: А собака есть?

Черновецкий: Нет собаки.

Журналист: А будет налог на собак или отменят?

Черновецкий: Ну, это же общегосударственная тема. Это к Верховному совету.

Журналист: За что Вы подали в суд на журналистов ТРК «Киев»?

Черновецкий: Я никогда не судился ни с одним журналистом, кроме подлости, которые журналист делает обществу. В данном случае речь шла о расовой нетерпимости. Когда хорошего парня, которого я лично знаю (речь о Сандэе Адаладжа), и который, кроме проповеди об Иисусе Христе в Украину нечего не принес и без серебряника его за цвет кожи, ну там все как-то было связанно, за все то, что он делает, стали называть, сравнивать с Белым братством. Это караул. Сегодня одна церковь православная называет другую от раскольников до секты. Протестантство не секта это мощная религия, имеющая столетнюю историю, это нормально, если Вы читаете Библию. Но, кто это делает должны знать, что рано или поздно им придется отвечать, если они называют чернокожего человека, унижают его и называют его плохими словами, или если он китаец, вьетнамец, я непримирим к таким вещам.

(Фрагменты. Стенограмма «proUA» )

распечатать

обсудить

отправить другу